
Желание быть «нормальным» неистребимо. Хотя с научной точки зрения определение нормы в психологии далеко не однозначно. Вместо стремления к абсолютным величинам или характеристикам, норма становится сочетанием многих «допустим», «если» и «возможно». И представляет из себя широкий диапазон.
Но в своём кабинете я по-прежнему слышу запросы про «хочу стать нормальным» и «все люди как люди, а я…» Да что скрывать, у меня самой в минуты сильных переживаний проскальзывает тоска по той самой иллюзорной нормальности.
Часто обращение к психологу, особенно к травматерапевту, воспринимается как капитуляция. Признание собственной «ненормальности». И этот фактор многих останавливает.
А как же обстоят дела на самом деле? Прежде всего, если опираться на научное определение психологической нормы, подавляющее большинство людей, нормальны. Клиенты, с которыми я работаю – это тоже «нормальные» люди. Более того, в интегративной травматерапии и в клиентцентрированных расстановках ключевым тезисом является то, что с клиентом всё ОК! Только из этой позиции терапевт может эффективно оказать помощь.
Правда в том, что у всех есть психологические травмы и они сформировали нашу личность. Если человек плывёт по течению, в рамках того что «по судьбе написано», у него мало шансов увидеть и войти в конфронтацию со своими травматичными моделями поведения. Просто по тому, что именно они и формируют это течение.
Но стоит только захотеть чего-то большего или встретиться в жизни с неординарными обстоятельствами, как вероятность заметить - «со мной что-то не так» - возрастает в разы. Такое открытие означает лишь одно – для этих устремлений имеющийся способ действовать недостаточно эффективен.
Можно ли назвать людей, которые хотят большего – быть более успешными, счастливыми, энергичными… - «ненормальными»? Тем более если они готовы действовать, чтобы обойти возникшие в процессе собственного развития ограничения? У меня они вызывают исключительно уважение!
Если человек плывёт по течению, в рамках того что «по судьбе написано», у него мало шансов увидеть и войти в конфронтацию со своими травматичными моделями поведения.