Непроработанная эмоциональная привязанность: бегство или слияние с родителями.

Непроработанная эмоциональная привязанность: бегство или слияние с родителями.

Дети нередко выступают стабилизаторами супружеских отношений. Когда мама и папа переполнены собственными проблемами и тревогами, но это, либо отрицается и приписывается второму супругу, либо осложняет отношения между супругами, ребенок является хорошим средством, чтобы семейная система не развалилась. С появлением ребенка мама как бы расписывается в своем бессилие уйти от мужа «тирана», «неудачника», «алкоголика» и т.д. Одним словом от человека, который не оправдал ни одного из ее ожиданий, но с которым она теперь «вынуждена» жить до конца своих дней, ведь «куда она с ребенком пойдет» или потому что  «ребенку нужен отец».

Ребенок выступает неким магическим оберегом для мамы от болезненных близких контактов с папой, ровно, как и на оборот. Ребенок требует очень много внимания, о нем надо беспокоиться, ему надо «посвящать всю себя»! Итог: мама и ребенок сливаются воедино, папе места в этом раю для двоих нет.

Чем старше становится ребенок, тем больше он узнает о том, какой плохой его папа, как маме трудно живется с этим человеком и, если бы не он, ребенок, то мама давно бы уже ушла. Но, вот он, ребенок, родился! И, нет, мама ни в чем его не обвиняет, хотя нередко рассказывает какими тяжелыми были роды и какими страшными были осложнения для них обоих. Мама очень любит своего ребенка, так сильно, что готова отречься от себя, своей жизни, своих интересов. А самое главное, что до ребенка надо обязательно донести, что никто и никогда не будет любить его так же сильно, как она.

В это же самое время папа, выступая в качестве далекого спутника планеты под названием «МЫ», напоминает о себе в основном в связи с негативными событиями: запоем, скандалом, очередным «непоправимым» косяком. Папа он либо «злой» и «агрессивный», либо просто «никакой». От такого папы маму надо либо срочно спасать, либо как-то скрашивать ее дни, посвящая все свое время общению с ней.

Дальше бывает по-разному.

Вариант один. В подростковом возрасте, хотя зачастую позже, у ребенка может возникнуть мысль, что неплохо бы обзавестись собственными друзьями и интересами. Если ребенок не отказывается от этой мысли, а с большей или меньшей долей активности пытается притворять ее в жизнь, то тут он узнает от той самой мамы, что он «неблагодарная скотина», «покатился по наклонной», «предал ее», «законченный эгоист» и т.д. Или мама просто методично критикует знакомства и жизнь уже повзрослевшего ребенка за пределами семьи. А ребенок-то делится с мамой очень многим, т.к. ближе нее у него никого пока еще нет. За каждую попытку взросления ребенок в такой семье получается нож в спину! И это тем болезненнее оттого, что именно мама подлавливает, припоминает реальные или мнимые неудачи и всячески пытается вернуть ребенка если не во внутриутробное состояние, то, по крайней мере – в младенческое. Когда не было «Я и ТЫ», а были только «МЫ».

Ребенок жутко злится на себя, испытывает чувство вины от того, что ему вдруг захотелось чего-то своего, чего-то не связанного с мамой и своей семьей. Часто его попытки выйти в большой мир бывают болезненны еще и потому, что окружение свое такой взрослый ребенок тоже подбирает специфическое. Ведь мама все равно должна быть права, а мир обязан быть опасным и жестоким!

Еще ребенок злится на семью и на маму. Когда злость достигает своего апофеоза, ребенок может «сбежать» из семьи. Контакт с родителями может быть редкий и формальный, либо может быть утерян совсем. Но, это совершенно не мешает уже взрослому  ребенку мысленно возвращаться к отцу и матери, вести с ними мысленные диалоги, обвинять их в том, что сейчас в его жизни все не так, как должно было быть.

Вариант два.  Маму жалко гораздо больше, чем себя. Являясь ее единственной «надёжой и опорой», вернее, будучи убежденным в этом, ребенок решает положить свою жизнь на то, чтобы у мамы всегда было хорошее настроение. Хотя это по определению невозможно… Но, ребенок пытается! Выбирает учебное заведение именно то, которое мама хочет. Старается учиться как следует. С плохими компаниями, вернее просто с компаниями ровесников, не водится. Не влюбляется, не дружит по-настоящему ни с кем. Радуется только тому, что мама бы одобрила. Критикует то же, что и мама. Любые нотки самостоятельности, зарождающиеся в мозжечке сознания, подавляются тут же и припорашиваются сверху чувством все той же вины. Ребенок уже от себя самого узнает, что он «неблагодарная скотина» и т.д.

Мама внушает такому ребенку чувство исключительности. Помогает думать, что он положительно влияет на ее настроение и физическое состояние… Это, если ведет себя хорошо с маминой точки зрения. Или наоборот «в могилу ее сведет» - это если в мозжечке сознания что-то чересчур громко разыгралось.

Ребенок так уверяется в том, что они с мамой единое целое, что даже представить себе не может отдельную от мамы жизнь. Это не значит, что у такого ребенка во взрослом возрасте не возможен брак. Очень даже возможен. Но, по факту, замужем или женат он все равно будет на своей маме.

В реальности варианты один и два слиты в единое целое. В таких непростых отношениях ребенку находится физически и эмоционально тяжело. Когда он находится близко к маме, то чувствует, как пропадает и перестает быть собой или вынужден надевать маску, которая намертво прирастает к его коже. Когда ребенок делает попытки уйти, то чувствует неподъемную вину за то, что бросает этого человека, который «только ради него и живет»! И запятая во фразе «уйти нельзя остаться» постоянно перемещается в таких отношениях. Ребенок любит маму, хотя может это отрицать и одновременно ненавидит ее… Хотя и это тоже может отрицать. Но, в любом случае отношения с мамой и семьей будут в этом случае иметь очень мощный эмоциональный заряд, вокруг которого будет строится большая часть жизни такого ребенка. И не важно живет он под одной крышей со своей мамой или на другом конце света. Если эмоциональная привязанность не проработана, то она снова и снова будет отвлекать на себя ресурсы такого уже взрослого ребенка.