Как написать о каком-либо типе характера так, чтобы читатели, узнавшие у себя эти черты, не атаковали себя за них, как за что-то плохое, дефектное? Ведь многие, читая даже самое отстраненное описание типа личности видят в нем себя, и им кажется, что психолог критикует их в своем тексте, или же они сами вешают на себя ярлык - диагноз. Предлагаю, все-таки стараться не принимать описания из статей на свой счет, помня, что «чистых» типов не бывает, в человеке всегда есть сочетание нескольких характеров, которые создают неповторимый рисунок личности, индивидуальность. А сами описания личностных и психических расстройств – это большое упрощение того, что есть в психической реальности человека. Узнав в себе некоторые черты, продуктивнее поддержать себя тем, что вы не одиноки в этом и множество людей в мире имеют похожие черты и испытывают похожие сложности, а значит можно найти для себя поддержку.
В этой статье мне бы хотелось рассказать о мазохистической личности. Если представить себе детство такого человека, то скорее всего, это будет ребенок, чьи желания и потребности с раннего возраста попирались, и теперь он не может ощутить свою собственную ценность. Он вышел из семьи, где родители не готовы были к тому, чтобы растить отдельного человека со своими предпочтениями, желаниями и, в той, или иной форме пытались вытравить из него попытки протестовать, стоять на своем, не быть частью родителя. В какой-то степени это ребенок, застрявший в этом внутреннем протесте против родителя, и при этом не отделившийся от него, потому что взрослая, собственная позиция не предполагает противостояния. Позиция самостоятельного взрослого – это «я так предпочитаю, поэтому я делаю так», т.е. просто делаю что считаю нужным и нет смысла и потребности протестовать. Внутреннее противостояние с негативной родительской фигурой переносится и на других людей, поэтому человек с выраженными мазохистическими чертами это часто агрессивный и непримиримый борец за справедливость, за что-то единственно верное, по его мнению. Может обрушиться с критикой и поучениями даже на постороннего человека, или еще каким-то образом провоцирует другого на агрессию, затем вменяя ему чувство вины и неадекватности. Мазохистическая провокация – одна из характерных черт этого характера. Чаще мазохист не осознает свою агрессивность и меру противостояния, в котором он находится с миром, доступ к агрессии с детства заблокирован. Мазохистическая личность чаще всего не позволяет себе выразить агрессию прямо. Это пассивная агрессия и чувство вины, повторяющие манипуляции, которыми воздействовали на него в детстве взрослые (молчаливое недовольство, игнорирование, страдание с укором, отказ от помощи – так, что другой почувствует себя бессильным, неуместным). В психотерапии мазохист бессознательно стремится к краху терапии, к тому, чтобы и он, и терапевт потерпели поражение. Так проявляется характерное для мазохиста стремление к самопоражению – поиск удовольствия неизменно заканчивается провалом, страданием. Причина – удовольствие для мазохиста связано с контролем и наказанием, и потому вызывает страх. Боль и страдание как бы упреждают наказание от значимого объекта и избавляют мазохиста от тревожного ожидания отвержения и оставленности.
Так, ребенок в детстве наказывал сам себя, чтобы мама не ругала и не наказывала его, а жалела и была с ним. Это «соблазнение агрессора своим страданием» также продолжает проигрываться в течение жизни. Мазохисту кажется, что если он откажется от страдания, то он потеряет этот значимый объект (мать). Поэтому важным моментом в терапии становится создание уверенности в том, что можно проявлять агрессию и терапевтические отношения при этом будут продолжаться, и что можно научиться управлять этой агрессией.
Соответственно, кроме внешнего неконтролируемого проявления агрессии на других, мазохист направляет агрессию на себя самого. Этот внутренний процесс можно представить, как «избиение» садистическим супер-эго мазохистического эго. Садистическая часть нуждается в том, чтобы наказать и успокаивается, наказав. Появляется чувство удовлетворения - от Эго, освободившегося от вины и от чувства неопределенности – «наказание лучше, чем ожидание наказания», так для ребенка непереносима неопределенность родительской реакции после его проступка или просто повседневное безразличие к нему, и он провоцирует родителя.
Супер Эго мазохиста гипертрофировано, его содержание принимает вид садистической фигуры, а Эго слабо развито. Именно эта слабость Эго и идентификация Супер-Эго с плохим объектом вынуждает мазохиста искать слияния с кем-то идеализированным и всемогущим – для поддержания внутреннего хорошего объекта, или искать кого-то для поддержания слабого чувства Я. Нехватка чувства Я происходит из-за того, что мазохистическая личность пребывает в основном в одном из полюсов – в садистической или в мазохистической, жертвенной позиции, и мало бывает в некоем среднем состоянии, похожем на состояние «Я-Ок, Ты-Ок», в своем реальном психическом размере, в позиции, из которой можно выстраивать отношения сотрудничества с людьми. Трудности в выражении агрессии и в распознавании своих границ связаны с тем, что в детстве ребенок не получал уважение к себе, как к личности. За него решали, что он может хотеть и как может себя чувствовать, поэтому контакт с собственными потребностями и с ощущениями тела у мазохиста нарушен, в его теле много напряжения, тонус повышен, будто человек на пределе сдерживания себя. В отношениях мазохиста с телом характерен перевод душевных страданий в телесные: уборка до изнеможения, истязание себя в спортзале, переедание и злоупотребление алкоголем, промискуитет, заболевание чем-либо «от расстройства», как способ совладать с болью.
В самодеструктивности мазохиста можно увидеть функцию, которую она несет– это его форма утверждения себя, своей автономности и контроля над другим. У пограничных личностей боль от самоповреждений может быть средством обнаружения себя, реальности своего Я. В целом, содержание внутреннего конфликта мазохиста, это борьба против конфликтующих желаний слияния и автономии, она ярко проявляется в начале терапии, а к завершению терапии происходит переход к потребности в здоровой сепарации от психотерапевта.
Получить консультацию
