Почему мужчина расстраивается, если женщина за себя платит сама?

Полагаете, будет история о деньгах? Не совсем. За историями с финансами может скрываться совсем другое…

***

Она и не думала спорить. С ним, с миром, с кем-то ещё... Совершенно просто и без какого-то пафоса и того, чтобы рисоваться или производить особое впечатление, привычным движением руки достала карту и расплатилась.

Думаете тут что-то на феминистическом? Не очень она всё это любила. Никаких вызовов, попыток что-то доказать и т.д. Она оплатила свою часть заказа естественно, как человек, который регулярно покупает общепите себе кофе и пирожное, что-то ещё.

А он вдруг поник, замолчал. Взгляд упал, голос будто осел. Он не начал грубить и даже попытался скрыть обиду, надев на лицо улыбку. …но как будто стал слегка меньше ростом. Показалось, что из-под него выдернули кирпич, на котором держалась значительная часть его «я».

Конечно, она почувствовала. Почти все женщины чувствуют, когда возникают такие моменты… Кажется, будто сам воздух стал тяжелее, сгущеннее.

Никто, наверное, не поверит, что мужчина расстраивается из-за того, что баланс на карте у него на несколько сотен/тысяч не уменьшился.

В чём же дело? Похоже, в том, кем он считает себя, если не вкладывается финансами в подобных ситуациях. Некоторые даже говорят что-то вроде: «Зачем я ей, если она платит сама?». Так рассуждает, конечно, не каждый, но всё же…  

С детства в него словно впечаталось: настоящие мужчины платят за женщину. Это будто часть формулы мужского бытия, взятого у кого-то из рода. В формулу входит ещё, например, такое: не плакать, держаться, демонстрировать силу, даже испытываешь адскую боль. Он видел, как отец оставлял деньги на столе, видел, как в фильме тот, на кого он ровнялся, никогда не позволял даме вытащить свой кошелёк. Он учился на этих образах, словно запоминал азбуку: «М» — мужчина. «П» — платит. «С» — спасает. «В» — всегда.

И вот появляется она… Не нуждающаяся, не играющая в беспомощность, не провоцирующая, просто взрослая... Она не хочет быть обязанной, не желает играть в эти чужие игры, её забавляют мотивы «тарелочниц», хотя о том, что такое в самом деле голодать, знает не понаслышке. Она уверенна в себе.

И это кого-то пугает.

Пугает, потому что тогда непонятно, а кто он рядом с ней. Если не кормилец, не защитник, не спонсор, не благодетель, не тот, кто даёт материальные блага, то кто? В чём его роль? Ему не дали сценария на такой случай. Привычные роли оказались неподходящими.

И самое для него странное… Она ничего у него не отняла, а он чувствует, будто бы да.  Хотя она всего лишь без всяких обсуждений привычно, как делала ранее каждый день, за себя заплатила и, возможно, позволила бы сделать это ему, если б знала, что для него это важно.

А он расстроился, потому что теряет возможность чувствовать себя нужным в функционале старой, удобной схемы. И в её жесте с оплатой он, скорее всего, ошибочно прочитал: «Ты ненужная часть на моём пути, ты никто».

Для мужчины, которому всю жизнь внушали, что его ценность заключается в способности обеспечить, самостоятельная оплата спутницы выглядит иногда почти как смертный приговор значительной части его мужского достоинства.

Он пришёл на спектакль под названием «отношения» с отрепетированной партией, а партнёрша на сцене вдруг стала импровизировать.

В момент, когда женщина платит сама, не просто разрушается его сценарий. Рассыпается некий его образ, который он так долго выстраивал (возможно, для себя, прежде всего)… Когда женщина со своими поступками становится живым зеркалом, он видит своё отражение в нём — но совсем не то, которое он воображал и хотел бы видеть.

В зеркале — мальчик. Его никто не научил быть любимым за то, что он есть, а не за то, что он даёт. Он очень растерян, потому что если забота больше не измеряется оплатой счетов, значит, её придётся учиться проявлять и по-другому. Или просить/требовать подыграть? Ну, или искать другую претендентку на отношения. Конечно, найдутся иные (и много), легко встраивающиеся по части финансов в его сценарий. Но сильно нравится то ему именно эта.

Кто-то другой бы только посмеялся над ситуацией и сказал: «Да пусть себе платит. А лучше и за тебя. Я бы был рад».

Но только не этот мужчина… Потому что для него это не формальный кофе с пирожным и не просто женщина, а декорации и героиня на сцене, где он хотел быть настоящим героем. Пусть не рыцарем в сверкающих доспехах, но хотя бы тем, за кого можно спрятаться, на кого получится опереться.

А она (ты только глянь!) твёрдо стоит — ровно, спокойно, сама. Не падает, не хромает, не качается вроде тонкой былинки на ветру.

А вот он… Около столика в гостеприимном кафе, такой уязвлённый. Его прежние шаблоны не работают, а как иначе, он не знает, не умеет быть рядом с той, которая не нуждается. Он так сильно настроен быть полезным, спасать, решать проблемы. А как быть рядом, просто потому что он — просто он, как и она — она, и не требуется никого спасать?… Этому никто не учил.

И вот поэтому он расстраивается.

Потому что там, где раньше было очень понятное «она во мне нуждается», он пока ничего не видит. И если остаться с ней, придётся быть не функцией, а собой. Придётся со временем показывать душу, а не зарплату. И, может быть, впервые в жизни учиться любить через искреннее общение, проживая эту местами не очень-то лёгкую жизнь. Не доказывая ей, себе и всем вокруг, своё право называться мужчиной.

А это, между прочим, намного труднее, чем просто заплатить за кофе…

Мои рассуждения в данном тексте отнюдь не являются призывом к тому, чтобы делить все счета пополам. Конечно, вы будете делать, как вам подходит и нравится. Статья написана для того, чтобы ответить на вопрос о том, почему мужчины могут расстраиваться, если женщина оплачивает счёт.

С уважением к замечательным мужчинам, умеющим ухаживать за женщинами и вкладываясь материально тоже.

Записаться на психологическую консультацию можно: +79609850834, +79963962674 и ЗДЕСЬ