Практика как отражение личности терапевта

К нам приходят клиенты. Кто-то остается в работе с нами, кто-то уходит. Задумывались ли вы почему так? Почему не получается со всеми работать? В чем дело? 

Посмотрим например на терапевта с феноменологией зависимой системы - я для другого, что не попроси все для тебя сделаю, у меня нет границ - клиенториентированность бесконечная ее признак, но не из денежного мотива, так учили в системе - служи другим, забудь себя; или на начинающего с неинтериоризированной терапевтической рамкой, где клиент бог и господин, а я танцую под его дудку, а потом отыгрываю свое раздражение на нем в болевых точках ; или на терапевта с нарциссической акцентуацией, где я то бог терапии, то тлен неумеющий работать, а клиент мое отражение, а я его, но никто из нас этого не видит.

Как вы думаете такие терапевты способны эффективно работать? Когда? Как? В какой степени? Или их не стоит подпускать к клиентам? 

Если говорить про то как практика отражает личность каждого из них. Например терапевт из зависимой системы может растворяться в других, терять себя, забывать о заботе о себе; терапевт с нарциссической злоупотреблять восхвалением, самобичеванием то себя то клиента. Когда? Как это будет выглядеть, если они не знают о своей боли? А если знают? А если подзакрыли ее и она снова открылась? Пишите ваши предположения. Я дам комментарии.

Взяв всю практику в целом, в каждом клиенте можно заметить кусочек себя, например, если терапевту свойственно расщепление как одна из основных защит, тогда с одним клиентом я могу быть «хорошим полицейским», а с другим «плохим» даже не замечая этого. Хороший я психолог или нет? 

Каждый терапевт прежде всего человек. С своими болями, паттернами, защитами, травмами, структурой личности. Личность психолога не может не влиять на процесс, не включаться в него или быть полностью отстраненной из контакта. Мы работаем собой. Но каким образом мы работаем собой? Если у самих ворох проблем, болей, сложностей? В этом и кроется исскуство психотерапии. Из обучения юнгианскому анализу: «мы учимся, хотя бы не отыгрывать и разыгрывать с клиентами собственные истории. Для этого ходим на личную терапию и супераизию.» Но естественно все увидеть, опознать невозможно, особенно самостоятельно. 

Как замечать собственную историю? Ее изменения? Защитное поведение.

В данном аспекте хорошо бы знать себя, свою историю, тогда открывается возможность найти свое и отличия, на этом строить тактику дальше, что по большей части бессознательно многие коллеги делают. Как часто говорят про супервизию, - это пост действие, его анализ, для того, чтобы на следующей встрече учесть открытое в контакте, и чуточку осознаннее работать в реальности существующего на встрече с клиентом.

Вот вы с клиентом шагаете вперёд, человек пробует новое развивается. Почему вы помогаете, если своя боль как была на месте так там и осталась без изменений. На этот момент есть только предположение, что можно работать из собственной травмы, для другого, преодолевая себя, как бы отодвигая в сторону, - метапозиция, возможно ее же можно и рассматривать как некоторый защитный механизм личности самого терапевта, как целостное сохранение себя от разрушающего воздействия другого. И не только ее.