«Перенос» и «контрперенос» в преподавательской деятельности

Посвящается всем,
кто связан с передачей знаний, 
навыков и умений.

Актуальность этой темы вызвана прежде всего собственными наблюдениями и как в роли ученика - человека, получающего знания и умения; и как в роли преподавателя - человека, передающего знания и умения.

И в данной статье предлагаю вам рассмотреть взаимоотношения между преподавателем и его учениками.

Зачастую все взаимоотношения, настроенные на передачу опыта (а в этот термин я вкладываю как знания и умения, так и навыки), начинаются со знакомства и изучения потенциала как группы, так и каждого участника в целом.

Затем, когда преподаватель видит, кто перед ним, каким потенциалом владеет его ученик, происходит стадия эмоционального контакта. На этой стадии как преподаватель, так и его ученик налаживают между собой невидимую глазу нить, с помощью которой определенно выстраиваются границы личного пространства каждого из участников коммуникаций.

На эмоциональном уровне, бессознательно, преподаватель видит, когда стоит увеличить, а когда уменьшить нагрузку передаваемой информации, опираясь и на собственные ощущения, и на план обучающей программы, и на определенные поведенческие критерии (зевота, отвлечение от заданий, переключение с одного вида деятельности на другую).

Именно на эмоциональном уровне происходит сближение между преподавателем и его учеником.

И тут мы сталкиваемся с некоторым феноменом, который в психологии называется «перенос» и «контрперенос». Об этих защитных механизмах в статье и пойдет речь. И об их влиянии на процесс преподавания.

Так что же такое «перенос»? 
Проще говоря, мы как будто переносим на кого-то из нашего окружения того, кто для нас особенно важен. Зачастую это - от ученика к преподавателю - роль родителя, а с точки зрения преподавателя на своего воспитанника – роль ребенка. И иногда это происходит спокойно и безболезненно, особенно когда такие двойные стандарты одобрены с обеих сторон, и когда происходит плановое взросление  и сепарация воспитанника и плавное отпускание воспитателем своего чада.

Но что делать, если ученик так вжился в роль ребенка и взрослеть не собирается? Он как будто стал сливаться с ролью ребенка во взаимоотношениях со своим преподавателем-родителем. Внешним проявлением данного поведения является обидчивость, требовательность, неудовлетворенность, лживость, страх и многое другое, свойственное состоянию Обиженного Ребенка.

В свою очередь преподаватель тоже не стоит на месте и, так же слившись с позицией Родителя, начинает проявляться как ограничивающий, контролирующий, требовательный и ожидающий от  ученика больше, чем тот в состоянии дать…

Конечно, такие отношения не возникают на ровном месте. Вначале преподаватель по отношению к ученику начинает заботиться о своем воспитаннике так, как будто тот маленький «несмышленыш», забывая, что он полноценный человек со сформировавшимися жизненными устоями.

Это может проявляться как в поведении, так и в отношении к воспитаннику, например, преподаватель может выполнять за него какие-то действия или даже обращаться к нему не как к равному, а как к маленькому (мой мальчик/девочка, Виталик/Машенька/Коленька, ребятки/детки/малыши). То, какие бессознательные мотивы включаются у преподавателя и что он этим компенсирует, в этой статье мы рассматривать не будем.

И «несмышленышу», конечно, проще тогда стать ребенком. Ведь в таких отношениях возможностей больше, больше поглаживаний и безопасней, «Ведь Мама/Папа не обидит». И этот самый вновь сформировавшийся ребено-ученик, которому не обязательно должно быть 10 лет, а может и 30-40 и больше, отвечает взаимностью, и тогда включается еще один психологический механизм, который называется «контрперенос».

Ученик общается с преподавателем не как с человеком, который может передать знания, но еще и смотрит на него как на человека, который, в случае чего, сможет позаботиться и защитить ученика от самых различных бед, то есть как на родителя. И преподаватель как бы внутри себя соглашается с этой ролью, ведь там есть ответственность, значимость и власть.

И вот они встретились: Ребенок и Родитель! 
И когда слияние с выбранными ролями происходит настолько сильно, границы Преподаватель-Ученик трансформируются в отношения Родитель-Ребенок. Стоит также отметить, что и Ребенок доигрывает свои детские истории в таких ролях и отношениях

И тут начинается самое интересное.

Ребенок перекладывает свою ответственность на родителя,
а родитель начинает чувствовать ответственность и за себя, 
как за специалиста и за родителя, так и за ребенка. 
«Ведь его результаты – это и мои результаты!»

То есть данная динамика во взаимоотношениях начинает работать против своих создателей. Ученик в позиции ребенка не получает знаний, а преподаватель в роли родителя уже не может дать эти знания в том объеме, как раньше. Его фокус как бы направлен скорее на воспитание, чем на передачу знаний, навыков и умений.

К тому же, скорость восприятия новой информации значительно снижается и порой даже искажается по принципу: «Сказанное не всегда означает услышанное!». «Ведь, если Мама пожурит, то так же и простит…» - данная фраза как бы демонстрирует отношение ученика к новым знаниям и к самому преподавателю… Капкан и насилие для обоих, так как результат обучения и передачи опыта значительно снижается.И это определенный кризис для обеих сторон.

И тогда, когда кризис созрел, преподавателю и ученику приходится делать внутри себя выбор!

• Либо они продолжают менять друг друга, что является критерием контекстных ролей Родитель-Ребенок, и в итоге расстаются;
• либо они начинают менять себя, как бы проясняя и анализируя создавшуюся ситуацию.

И это уже взрослая позиция как для преподавателя, так и для ученика. Ответственность за результаты вновь возвращается к ученику, а ответственность руководителя соразмерна его роли как преподавателя. Границы «Родитель – Ребенок» вновь переходят в категорию «Преподаватель – Ученик».

Но первый шаг по пути отрезвления должен сделать преподаватель и показать ученику сложившиеся взаимоотношения. И это важно! Так как пока Родитель не созреет, то и Ребенок не сдвинется…

Для предотвращения подобных переносов в процессе обучения хорошо срабатывает способ прояснения сложившихся отношений по принципу: «Давай я тебе сейчас как ребенку покажу, как это работает…» или «Мы с тобой, как взрослые люди…».

Здесь фокус внимания переводится на то, что ты взрослый, но сейчас я к тебе обращаюсь как к ребенку (в первом примере), и давай не будем впадать в детство (во втором примере), то есть звучит приглашение к решению вопроса без детской непосредственности и эмоций. И это дает возможность ученику «проснуться» и разделить позицию ученика и позицию ребенка, при этом не залипнув на роли ребенка. Вполне возможно, что такой фразой учитель мотивирует ученика оставаться во взрослой роли, где «живет» ответственность.

Также хочется описать и такой феномен со стороны Преподавателя в роли Родителя, как страх и тревога, связанные с ощущением возможной потери своего ученика. Когда у преподавателя возникают чувства страха, волнения, что от него может уйти не ученик, как взрослая и сформировавшиеся личность со всеми полученными знаниями, а ребенок, который еще не успел повзрослеть и точно нуждается еще в наставничестве, опеке и заботе. И это тоже болезненные отношения для обеих сторон.

Освободиться от таких состояний можно, задав себе некоторые вопросы:

• А что сейчас со мной происходит?
• С нашими отношениями?
• Кто я для своего ученика: мама или папа, или и то, и другое?
• Могу ли я заменить своему ученику его родителей и выдержу ли я такую роль?
• Хватит ли у меня ресурсов и профессиональных компетенций быть родителем для своего ученика?
• И правильно ли я сейчас поступаю?

И скорее всего, такие вопросы самому себе прояснят сложившуюся ситуацию, что придаст не только преподавателю, но и ученику силы не вовлекаться в подобные динамики или сделать первый шаг, чтобы из них выйти.  

Таким образом, взаимоотношения «Преподаватель – Ученик» с минимально выраженными детско-родительскими отношениями открывают перед обеими сторонами более широкие возможности как для развития, так и для роста личностного и профессионального. И, конечно, такие критерии, как ответственность и безопасность разделены согласно занимаемым социальным ролям.