Вампир 80lvl: давать из дефицита.

Если я вступаю в отношения, пребывая во внутреннем дефиците, то обмен в этих отношениях я выстраиваю по принципу «отнять у себя, чтобы потом отнять у тебя». Таким образом получается убыток у обоих, двойной убыток.

Если я пребываю во внутреннем изобилии, то обмен строится по принципу преумножения. У меня есть в изобилии, я это дарю тебе, мне уже хорошо от этого; если ты принимаешь мой дар, то мне снова хорошо; если ты даришь мне что-то в ответ тоже из изобилия, то мне снова хорошо.

Так, если у меня хорошее настроение, я улыбаюсь. Улыбаюсь не для чего-то, а просто потому, что это мое натуральное состояние. Я встречаю тебя и делюсь с тобой своей улыбкой и хорошим настроением. Если ты готов принять это, ты улыбаешься мне в ответ. Настроение становится еще лучше и у тебя, и у меня.

Но если у меня вовсе не хорошее настроение, а улыбаюсь я вымученно, чтобы произвести на тебя хорошее впечатление и получить от тебя позитивные поглаживания, то я как раз отнимаю у себя — отнимаю у себя то состояние, какое у меня есть, и насильно заставляю себя делать то, что не хочу. Причем это даже не жертва для твоего блага, это не альтруизм и не забота о тебе из любви. Это манипуляция. Это попытка подкупить тебя. Чтобы получить от тебя что-то. А если ты не даешь добровольно, я буду у тебя это отнимать. Отнимать с криками, что я для тебя стольким пожертвовала, а ты отвечаешь такой неблагодарностью. Отчасти это правда. Я пожертвовала. Но не для тебя. А для того, чтобы получить от тебя что-то для себя.

Такой паттерн бывает в разных взаимоотношениях. Мужеско-женских, дружеских, случайных. И даже в детско-родительских — когда родитель пытается отнять у ребенка.

Со стороны это может казаться странным. Вот вроде такой чуткий и заботливый человек, заботится о своем партнере, пылинки с него сдувает, влюбленными глазами в рот заглядывает, а партнер, такой неблагодарный, нос воротит от него, ничего в ответ не дает да и еще и сбежать пытается. Партнер нос воротит и сбежать пытается — потому что чувствует манипуляцию, чувствует, что его хотят использовать, что дают ему не из любви, а с целью отнять, что спросят с него потом втридорога. И не дает он ничего в ответ потому, что не подписывался на такой манипулятивный обмен. И в общем-то человек имеет право не давать, если не хочет.

Еще более странным и вызывающим осуждение у людей со стороны это может выглядеть в детско-родительских отношениях. Такой заботливый родитель так старается для ребенка. Часто — для уже выросшего ребенка. А ребенок, неблагодарный такой, принимать не хочет да еще и бесится в ответ. И тоже потому, что ребенок чувствует, что ему на самом деле не дают любовь, а наоборот пытаются его использовать и из него любовь высосать. Если ребенок в эту манипуляцию вовлекается, становится «благодарным» и начинает «в ответ» отдавать свою энергию родителю, то он закрывает себе дверь в будущее и закрывает себе возможность действительно отдать родителям «долг за жизнь», а именно — передать жизнь дальше. Если яблоня породила яблочко, наполнив его энергией и питательными веществами, то из семечек этого яблочка может вырасти новая яблонька. И как-то бессмысленно будет, если яблочко отдаст свои силы обратно в яблоню.

Идеальный вариант, когда оба партнера взаимодействуют из изобилия. Если здоровый изобильный партнер встречает дефицитарного, то, будучи «в здравом уме и трезвой памяти», он вскоре поймет, что происходит не обмен энергией, а слив, и завершит такие отношения.

Два дефицитарных партнера будут постоянно друг друга мучить. Каждый будет пытаться отнять у партнера то, чего у партнера и нет даже. С обеих сторон будут вымученные жертвы и претензии, что мол вот я для тебя стольким пожертвовал, а ты такой-сякой.

Если изначально было два дефицитарных партнера, а потом один из них в ходе своего развития стал изобильным, но второй так и остался дефицитарным, то наступает момент выбора, как дальше быть, и момент этот может быть болезненным. Особенно если это детско-родительские отношения. Жили-были в семье на манипуляциях. Дети пытались извлечь любовь из родителей, родители из детей. У всех были свои роли. Все страдали, но было привычно. А потом бац, ребенок в терапии «вырос» и ему уже нет нужды пытаться извлечь любовь из родителей. У него уже все свое. И на манипуляции он вестись не хочет. В семье кризис. У ребенка сложная задача — научиться поддерживать отношения с семьей, но не играть старые роли, не подставляться под использование, сохранять свою здоровую позицию. Или же выбрать дистанцироваться от семьи, если сохранять себя в ней невозможно.

Путь от внутреннего дефицита к постоянному и полному внутреннему изобилию — долгий. Наступает какой-то этап, когда в некоторые периоды или в некоторых контекстах человек уже чувствует себя стабильно наполненным, а в какие-то периоды или в каких-то контекстах — нет, ему еще необходимо получать любовь извне. Есть риск снова скатиться к манипуляциям типа «пожертвовать и отнять». Но с таким же частично наполненным и частично здоровым партнером можно прямо и открыто договариваться. Прямо и открыто обсуждать, когда и где есть внутренний дефицит, спрашивать партнера, готов ли он в это время и в этом месте побыть «донором», или он может только отойти в сторону и не подставляться под «вампиризм», если он соглашается на эпизодическое донорство, то как восполнить баланс, нужно ли ему ответное донорство в его точках дефицита, и т.д.