В основу данного эссе легла работа Клода Смаджа “Горе, меланхолия и соматизация”, написанная в 2012 году. Автор опирается на работу Фрейда о горе и меланхолии 1917 года и вводит третий ответ психики на потерю объекта - соматический. Также в работе обнаруживается связь с нарциссизмом и мазохизмом. Итак, когда мы сталкиваемся с потерей любимого человека или отвлеченного понятия, будь то связи, место жительства, свобода, идеалы - наша психика может избрать два пути, чтобы справиться с потерей: нормальный и патологический. К нормальному относится работа горя, к патологическому - меланхолия и соматизация.
Исследование онкобольных в Институте Психосоматики под руководством Пьера Марти также обнаружило связь раковой опухоли груди и слабой ментализации, а мы помним, что отсутствие или слабость ментализации является одним из диагностических показателей психосоматического уровня функционирования личности. Цитата из заключения по исследованию:
“Можно заметить, что неврозы характера с нечеткой или плохой ментализацией представляют собой состояния, связанные с риском рака груди, и что три другие характеристики дополняют эту информацию: доминирующий Я-Идеал, потеря старых объектов или непроработанные потери новых объектов”.
Психологи и психосоматики регулярно отмечают корреляцию между тяжелой соматизацией и непроработанными потерями. В этом процессе можно обнаружить некоторую последовательность: в след за травматическим событием, проходит некоторое время, без ярко выраженной симптоматики (“психическое безмолвие”), далее появляются первые сигналы о нарушении функциональности организма, а после это приводит к манифестации заболевания.
Пьер Марти пишет о травматизме, учитывая психосоматическое поле:
“Превышение возможностей к адаптации соответствует в психосоматике травматизма. Наступающая дезорганизация ментального и соматического аппаратов определяет травматизм. Общим для вышеописанных травматических ситуаций является то, что они разрывают непрерывность какого-то психоаффективного состояния индивидуума по причине потери (реальной или воображаемой) объекта, функции или аффективно инвестируемого отношения. С экономической точки зрения видимые причины (внешние события или новую противоположность, физиологические или внутренние патологические), травматические ситуации провоцируют либо провал объема возбуждения, либо смесь этих двух феноменов. Так же травматизм рискует дезорганизовать те функциональные аппараты, которых касается, дезорганизацию имеет тенденцию к расширению (в направлении противоположном развитию), поскольку она не встречает никакой системы, способной ей препятствовать. Как правило, травматизмы поражают в первую очередь ментальный аппарат, который пытается справиться самостоятельно с вариациями возбуждения, которое он сам вызывает. Таким образом ментальный аппарат блокирует, перекрывает и смягчает или нет движение по дезорганизации, прежде чем они достигнут соматического поля”.
Разделительной линией по Фрейду или метапсихологической дифференциацией между горем и меланхолией является то, что испытывающий потерю ощущает ценность утраты, знает что потерял, в отличии от меланхолика, где потеря не осознается, он может знать кого именно потерял, но не понимает, что именно в нем утеряно. Эта особенность в восприятии напоминает нам и о других бессознательных процессах в психике - моральном мазохизме или бессознательном чувстве вины, с бессознательной потребностью в наказании. Подробнее об этом писал Фрейд в статье “Экономическая проблема мазохизма” 1924г. То, что нам указывает на схожесть в работе мазохизма и работе меланхолии, это разворот садистических импульсов или влечения смерти на себя, на Я, в виде самоупреков, самобичевания, проявление обедневшего чувства самоуважения - при меланхолии, и потребности быть наказанным, испытывать боль и унижение - при мазохизме.
Возвращаясь к соматизации, одним из сопутствующих психических состояний является эссенциальная депрессия. В своём определении, предложенном в 1966 году Пьер Марти указала на то что “эссенциальная депрессия - сама суть депрессии и сопровождается снижением либидинального тонуса, без какой-либо экономической противозагрузки” . При ЭД исчезает объектное и нарциссическое либидо, происходит функциональная фрагментация, то есть дезорганизация всех функций: как психических так и соматических. Резюмируя к определению эссенциальной депрессии можно отнести либидинальную дезинвестицию Я и негативную симптоматику в психической жизни. Следовательно, замечаем, что при соматизации мы не обнаруживаем аффекта психической боли, как нет и выраженного снижения интереса к миру.
Два последних критерия, которые здесь были отмечены - отличают работу соматизации от процессов работы горя и меланхолии. Попытка дифференциации, а также поиск схожести и связи, помогли отделить меланхолию от работы горя, а также отделить работу соматизации от работы горя и меланхолии.
Обратим внимание, на то что будет сближать состояние меланхолии и состояние соматизации - речь о нарциссической дезинвестиции. В обоих случаях проявляется нарциссическая потеря. В случае меланхолии -потеря нарциссического объекта, в случае соматизации - выше мы обозначили работу эссенциальной депрессии, при которой происходит исчезновение либидо, как объектного так и нарциссического. Важным аспектом работы горя является отнятие либидо от потерянного объекта, приход к свободному от объектов состоянию и возможность психической организации горюющего вновь либидинально инвестировать в другие объекты:
«При нормальных условиях победу одерживает уважение к реальности, но требование ее не может быть немедленно исполнено. Оно приводится в исполнение частично, при большой трате времени и энергии, а до того утерянный объект продолжает существовать психически. Каждое из воспоминаний и ожиданий, в которых либидо было связано с объектом, приостанавливается, приобретает повышенную активную силу, и на нем совершается освобождение либидо»
Работа меланхолии имеет две особенности психической экономии: хрупкость своей нарциссической организации и ярость своего садизма. Чтобы произошло отделение работы меланхолии от нормальной работы горя требуется длительная психическая работа. Фрейд считал что работа меланхолии должна завершиться идентификацией Я с потерянным объектом, то есть в результате длительного бессознательного и болезненного процесса должен появиться новый внутренний объект в идентификационных одеждах потерянного объекта. Следствием этого, упомянутая инстанция рассматривается как потерянный объект и вся ярость и садизм предназанченным утраченному объекту теперь направлена на себя.
Таким образом, мы видим, что в результате потери объекта происходит развязывание или разъединение влечений, а значит влечение к разрушению (садизм) освобождается и становится свободным, активным и направленным против Я, это соответствует работе меланхолии, и напротив, при нормальной работе горя нет конфликта амбивалентности, меньше вероятности разъединения влечений.
«Этот амбивалентный конфликт, иногда более реального, иногда более конституционного происхождения, всегда заслуживает внимания среди причин меланхолии. Если любовь к объекту, от которой невозможно отказаться, в то время как от самого объекта отказываются, нашла себе выход в нарциссическом отождествлении, то по отношению к этому объекту, служащему заменой, проявляется ненависть, вследствие которой этот новый объект оскорбляется, унижается и ему причиняется страдание, и благодаря этому страданию ненависть получает садистическое удовлетворение. Самоистязание меланхолика, несомненно доставляющее ему наслаждение, дает ему точно так же, как соответствующие феномены при неврозах навязчивости, удовлетворение садистических тенденций и ненависти, которые относятся к объекту и таким путем испытали обращение на самого себя. …».
Бено Розенберг вводит в понимание меланхолии - садомазохистическую тенденцию, отмечая, что успех работы меланхолии будет заключаться в переходе от аутосадизма к мазохизму, как к процессу с новым связанным влечением. Подводя итог сравнительному анализу горя, меланхолии и соматизации, можно выделить три типа решения: работу горя как нарциссическое решение, работу меланхолии как мазохистическое решение и работу соматизации как соматическое решение в ответ на потерю объекта. Каждое из этих решений является разным способом справиться с психической болью. Также мы выделили, что в работе горя и работе меланхолии есть болезненный аффект, но при соматизации его нет, так как при соматизации включается эссенциальная депрессия, которая представлена как исчезновение либидо и функциональное фрагментирование.
Список использованной литературы:
1. К. Смаджа «Горе, меланхолия и соматизация”» (2012г)
2. Фрейд З. Экономическая проблема мазохизма (1924г
Получить консультацию
