Взаимосвязь психосексуальных расстройств и вероисповедания 

Удивительно до какой степени религиозные стереотипы до сих пор обуславливают нас, давно живущих в светском обществе людей. Мы не задумываемся о них, зачастую не считаем религиозную составляющую значимой частью нашей жизни, но тем не менее находимся в поле религии страны, в которой родились или выросли. Оперируя понятийным аппаратом Даниила Андреева, мы говорим здесь о религиозном эгрегорере — иноматериальном образовании состоящем из психических выделений людей, объединенных в некую общность (национальность, государство, религия, профессия и т.п.). Это своего рода облако сотканное из созвучащих эмоций людей. Если мы устойчиво испытываем эмоции схожие по вибрациям с каким-либо эгрегором, мы к нему подключаемся, и он начинает влиять на нашу жизнь. Таким образом, люди, сформированные, например, в традиции Православия, будут в той или иной степени ощущать на себе влияние Православного (или обще-христианского) эгрегора.   

Если мы обратимся к статистике, мы увидим, что в Европе, территории с преобладанием Христианского вероисповедания, уровень психосексуальных расстройств, связанных с проявлениями повышенной тревожности значительно выше, чем среди представителей Буддийских или Индуистских стран.  Это связано с тем, что в Христианских религиях секс, получение физического удовольствия было связано с грехом. Люди, уже входя в этот мир, несут на себе печать первородного греха, который четко связан с телесностью и ее порицанием. Тело и его потребности по христианским канонам следует усмирить, дабы укреплялась и росла духовность. Таким образом, в нас по умолчанию есть внутренняя настройка, связанная с виной за проявление телесной любви. Большинство из нас не осознает эту вину, но сталкивается с ощущением экзистенциальной тревоги, как будто бы где то в душе, есть сквозящая дыра или сочащаяся рана, которую никак не удается закрыть или залечить, и из нее все время веет холодом или болью непонятной природы. В то время как ни в Индуизме, ни в Буддизме нет четкой связи тела с грехом, и соответственно, с виной. Тело принимается целиком со всеми его потребностями, которые не ассоциируются с «грязью» и бездуховностью. Нам, людям, взращенным в христианских традициях, проходится порой проходить десятки часов психотерапии, чтобы избавится от повышенной тревожности. Кроме того, людям, родом из СССР тяжело вдвойне, ведь и там «секса не было»! 

Но что делать, если таковы наши базовые настройки по рождению. Наша задача научиться сосуществовать в гармонии с ними, и «продравшись» сквозь тернии экзистенциальной тревоги и вины, принять свою телесность, выработать уважение к ней и ее нуждам. Конечной точкой такого путешествия по установлению дружбы со своим телом можно иллюстративно назвать храм Шивалингам в Индии. Не сам храм, конечно, а то, символом чего он является. А символизирует он оргазмическое слияние двух любовников — Шивы и Шакти. И из этого слияния двух тел, двух начал, рождается творческая искра жизни, которая зажигается от слияния духа и тела, энергии земли и энергии неба. Духовное неотделимо от физического, вопреки подсознательно довлеющим над нами догматам Христианской морали.